ОБГОНЯЯ ЗАКАТ
13 часов непрерывного полета. Именно столько нужно времени, чтобы попасть на Кубу. Меня терзала нехитрая мысль: чем же я буду заниматься так долго? Ответ лежал на поверхности: наслаждаться. Хотя бы необычным ощущением того, что самолет летит в другое полушарие, в другой часовой пояс и при этом обгоняет закат. Другое, не менее увлекательное занятие в самолете – наблюдать за кубинцами, которые возвращаются из Москвы в Гавану. Например, компанию нам составила дружная группа, которая непостижимым образом (вероятно, из-за своего огромного обаяния) пронесла в качестве ручной клади габаритные чемоданы и многочисленные коробки с аппаратурой. Магнитофоны, проигрыватели, телевизоры – все это они битый час рассовывали по салону. Россияне при этом ворчали, а они, понимающие по-русски, в ответ лишь виновато улыбались! Кстати, приобретенная ими техника была весьма сомнительного качества. Но для кубинцев, знакомых с понятием «дефицит», она была небом в алмазах. Они мне напомнили россиян 80-90-х годов, когда некоторые из нас, чудом попавшие за границу, везли оттуда все, на что хватало скудных средств. Они вообще во многом похожи на нас. Но об этом позже.
Таможенный досмотр занял минимум времени. Приветливо улыбаясь, колоритные кубинцы воскрешали в памяти нехитрый набор русских слов, заученный еще в школе, искренне радовались похвале за такие «глубокие познания» и ставили необходимые отметки в миграционной карте. Не в паспорте, а именно в карте, которую при выезде из страны они оставляли у себя. А делают они это для блага россиян. Дело в том, что, если в паспорте будет красоваться печать, свидетельствующая о том, что вы побывали на Кубе, у вас могут возникнуть большие проблемы с поездкой в США. Кубинцы, несмотря на общеизвестную нелюбовь к соседней стране, понимают, что россиянам иногда крайне необходимо попасть в Америку, и не препятствуют этому.

ВОТ ОНА – СВОБОДА!
Наши приятели, узнав, где мы собираемся провести отпуск, принялись отговаривать, мол, пляжи и море есть поближе и подешевле (путевка на Кубу не из дешевых, причем большую часть стоимости «съедает» перелет), что это бедная страна, в которой и посмотреть-то нечего, и т. д. Но кто хоть раз был на Кубе, не скажет ничего подобного, потому что это именно то место, где удивительным образом удаются и пляжный, и экскурсионный отдых. Признаюсь, что это была единственная страна, с первых дней пребывания в которой не покидало непривычное чувство нежелания уезжать обратно. Это страна с особым притяжением, запахом, колоритом. Именно там понимаешь, почему ее называют Островом Свободы. Нет, не из-за государственного строя, мол, при социализме все свободны. А из-за ощущения поразительной внутренней свободы. Сбрасываешь балласт комплексов, злости, напряжения, негатива… Напитываешься теплом человеческих отношений, ароматом экзотических растений. И, поверьте, напрочь забываешь о всяких проблемах.
Признаюсь, раньше плавание для меня было испытанием: я плыла только там, где мелко, и при условии, что мой муж идет в метре от меня. Стоило ему отойти чуть дальше, я паниковала перед стихией и шла ко дну. На Кубе же, проплыв добрый десяток метров, я вдруг поняла, что муж нежится в шезлонге на берегу, а я не боюсь воды. Я плыву! Вот она – свобода!

ОТДЫХ МЕЧТЫ
– А что, на Кубе как раньше у нас в советских гостиницах и столовках: кондовая мебель, диетическая котлета с серыми макаронами на обед и вечно недовольный персонал? – допытывались по приезду наши приятели, у которых слово «социализм» ассоциировалось лишь с плохим обслуживанием. Мы поспешили их разочаровать: для туристов здесь созданы все условия. До конца 80-х годов прошлого века государственная казна наполнялась в основном за счет экспорта тростникового сахара, но с распадом соцлагеря эта статья доходов резко сократилась. И тогда Куба решила развивать туристический бизнес. В скором времени появилось немало современных гостиниц, в которых с удовольствием отдыхают не только соседи из Канады и Латинской Америки, но и европейцы. Большинство отелей находится в городе Варадеро. В разговорах его называют резервацией для туристов, потому что там живут только отдыхающие и в редких случаях состоятельные кубинцы. Простым смертным, за исключением обслуживающего персонала, сюда не попасть. Но и тех, кто здесь работает, иначе как везунчиками не назовешь, потому что отбор проводится жесткий. А вот теперь сложите хорошие отели, работающие преимущественно по системе «все включено», разнообразное питание с обилием морепродуктов, широкий пляж с мелким белым песком, лазурные просторы Атлантического океана, богатую анимацию в отелях и поразительно хорошее отношение к русским и вы получите образец идеального отдыха.

«КАК ТВОЯ БОРЬБА?»
Большинство местного населения живут бедно. Максимальная заработная плата простого кубинца – 50 долларов. При этом ежемесячно каждый бесплатно получает около 30 наименований продуктов по карточкам. Поэтому при невысоком уровне жизни крайне мало нищих и голодающих.
– И вам хватает этих доходов? – удивленно спросили мы русскоговорящего гида Освальдо.
– Для того чтобы средней семье жить более-менее нормально, необходимо хотя бы 300 долларов в месяц, – ответил он.
– А как выкручиваетесь?
– Ну вот что вы говорите в России при встрече с друзьями? – ответил Освальдо вопросом на вопрос.
– Привет, как дела? – не поняли мы демарша.
– А мы, если дословно перевести с испанского: «Привет! Как твоя борьба?» Потому что не секрет, что каждый из нас ежедневно борется за то, чтобы его семья жила достойно. Каждый подрабатывает, иначе нельзя.
Поэтому многие кубинцы торгуют из-под полы хорошим ромом и сигарами, рисуют шаржи на проходящих туристов и предлагают их в качестве кубинского сувенира. Причем если за свои труды не получают монету, то не ругаются вслед, а просто принимаются рисовать других зевак. Местные жители ненавязчивы, не давят на жалось и не дергают за рукав. Если ты отказался от их услуг, они просто отойдут в сторону.

ТИТАНОВЫ МУКИ ЗА ПЕСО И КУКИ
Кстати, на Кубе имеют хождение два типа валюты: неконвертируемый песо, которым расплачиваются местные жители, и конвертируемый песо, называемый кук. Он введен специально для туристов и приблизительно равен 1 евро. В зависимости от валюты, принимаемой к оплате, существуют и два типа магазинов. В тех, где принимают неконвертируемые песо, ассортимент скудноватый, в других, похожих на наши прежние «березки», есть все, что душе угодно. Долгое время кубинцы не могли держать куки у себя и тем более расплачиваться ими. Но руководство страны смягчило закон, и теперь свои честно заработанные чаевые местные жители могут тратить в магазинах для туристов. Но для большинства населения они так и остались недоступными.
Меня поразило, что при столь небогатой жизни они не стали жадными и злыми. Они, в отличие от жителей других курортных стран, не претендуют на ваши деньги. Дадите им чаевые – хорошо, не дадите – они не станут к вам хуже относиться. Мы для них в первую очередь не туристы, а гости. А на гостях не принято наживаться. Окончательно убедилась в порядочности кубинцев, когда со мной произошел «трагический» случай. Женщины поймут: у меня сломался акриловый ноготь. Что делать? Где починить? Выяснилось, что на Варадеро ни в одном отеле, ни в одном салоне красоты этого сделать нельзя. Однако я заметила, что у большинства кубинок ухоженные руки и наращенные ногти. Оказалось, что все это делают местные умелицы у себя на дому. Это их борьба. Но для этого нужно было ехать в соседний город. Разузнав адрес хорошего мастера, мы сели в такси и протянули бумажку водителю. Им оказалась кубинка лет 50. Когда приехали в город Санта-Марта, таксометр показал 12 куков. Таксистка выглянула в окно и позвала мастера, к которому мы спешили. «К сожалению, у меня материал закончился», – виновато улыбнулась та. «Садись!» – скомандовала наша дама, отключила таксометр и стала колесить по Санта-Марте, время от времени останавливаясь и крича из окна что-то по-испански, показывая мой палец со сломанным ногтем. Наконец она заглянула в один дом и вышла с широкой улыбкой:
– Иди, чини свой ноготь, я подожду.
В скромном, но чистеньком дворике за кустарно сколоченным из старых досок маникюрным столиком сидела симпатичная кубиночка. Она принесла ящик со всеми принадлежностями, больше напоминавший дипломат с инструментами моего мужа, и принялась за работу, время от времени робко поглядывая на меня, мол, не больно, все хорошо, я по-Вашему вкусу делаю? Я одобрительно кивала.
– Сколько с меня? – спросила я по-английски.
Она робко, будто боясь завысить цену, показала два пальца. Мы оставили пять куков.
На обратном пути таксометр показал еще большую сумму. Но таксистка лихо выключила его и назвала прежнюю цену 12 куков. Ни за ожидание, ни за поиски маникюриста она с нас денег не взяла.